Все перечисленные до сих пор звездные системы, диаметр которых составляет от 10 до 300 световых лет, являются частями нашего Млечного Пути, Галактики. Изредка шаровые звездные скопления встречаются, правда, и в пространстве между галактиками.
Наша Галактика, внутри которой расположена солнечная система, является спиральной системой, состоящей приблизительно из 120 миллиардов звезд. Она имеет форму утолщенного диска. Наибольший диаметр ранен 100 000 световых лет. Наша галактическая система напоминает
бесчисленное множество других дискообразных спиральных систем. Внутри сферы радиусом 4 млрд. световых лет можно насчитать около 10 млрд. галактик. Ближайшей из них является туманность Андромеды, находящаяся от нас на расстоянии 2 700 000 световых лет (по вновь исправленным вычислениям). Нашу Галактику и туманность Андромеды можно причислить к самым большим из известных в настоящей время галактик.
Наша Галактика состоит из звезд и диффузной материи. Звезды Галактики расчленяются различным образом на подсистемы, по-разному пространственно располагающиеся. Согласно упрощенной характеристике В. Ф. Бааде (1944). среди них можно выделить два типа звездного населения. В качестве I типа Бааде обозначил объекты, концентрирующиеся к галактической плоскости и образующие тем самым в пространстве плоскую подсистему. II тип населения состоит из объектов, пространственное распределение которых в Галактике имеет сферическую форму, I тип звезд образует «ветви» спиральной системы (звезды, а также диффузное вещество), в то время как II тип населения — ядро спиральной системы, шаровые звездные скопления и звезды в пространстве между ветвями.
Определить точно число и конфигурацию спиральных ветвей нашей Галактики удалось только несколько лет назад. По радиоастрономическим наблюдениям излучения межзвёздного водорода, проводившимся а Нидерландах, оказалось возможным сделать заключение, что наша Галактика имеет четыре спиральные ветви. Под влиянием вращения Галактики они «закручиваются». Звезды в окрестности Солнца делают один оборот вокруг галактического центра примерно за 200 миллионов лет.
По своей форме галактики разделяются на три основных типа: эллиптические, спиральные и неправильные, в которых наблюдаются бурные вихревые движения газов и тенденции к вращению, возможно, ведущие
к образованию спиральных ветвей. Большинство галактик принадлежит к первым двум типам, причем «карликовые эллиптические галактики», может быть, представляют собой наиболее часто встречающуюся форму. В двадцатых годах Дж. X. Джине выдвинул теорию о том, что эллиптические туманности состоят из газа и пыли и что из них образуются другие типы. С тех пор было показано, однако, что и эллиптические туманности и своей основной массе состоят из звезд и даже особенно бедны в отношении пыли и газа. Спиральные системы также богаты темной диффузной материей и предположительно являются более молодыми, чем нерегулярные и эллиптические системы. Примечательно также то, что галактики часто, скорее даже как правило, встречаются в виде так называемых «облаков» или скоплений галактик. Эти «облака» содержат до нескольких тысяотдельных систем, иногда принадлежащих и различным типам галактик. Возможно, что и наша галактическая система вместе с ее «спутниками»— Магеллановыми Облаками — принадлежит к такому скоплению, включающему, кроме туманностей Андромеды и Треугольника, примерно 17 более мелких систем. В настоящее время галактические системы разбиты на четыре категории: двойные галактики, многократные системы, редкие иррегулярные скопления и компактные скопления с симметрической структурой.
Согласно представлению В. Бааде, такие системы при взаимном движении могут сталкиваться в пространстве и взаимно проникать. Звезды различных галактик благодаря их относительно большой взаимной удаленности при этом не сталкиваются друг с другом, но, вероятно, массы диффузного вещества, содержащиеся в системах, испытывают столкновение. Налетающие друг на друга атомы и молекулы диффузной материя приобретают такие относительные скорости, которые достаточны для ионизации атомов или же для передачи им энергии, при которой они могут преодолеть поле тяготения проникающих друг в друга галактических масс и улететь прочь. Так, при столкновении галактик межзвездное вещество, как утверждают Л. Спинор и В. Бааде, «вычитается» из обеих систем, что сопровождается радиоизлучением.
Космогоническое значение этого обстоятельства очевидно, хотя его толкование все еще оспаривается. Так было подсчитано (Г. и М. Бэрбеджами), что освобождающаяся при столкновении галактик энергия недостаточна, чтобы объяснить наблюдаемое излучение. В. Л. Лмбарцумян смог привести веские аргументы в пользу того, что излучение радиогалактик является следствием не столкновений галактик, а образования кратных галактик из единого ядра. В пользу этого предположения говорят факты, которые трудно понять при ином объяснении: радиогалактики несоразмерно ярки и в видимой области; имеются также разнообразные статистические соображения. Природа этого ядра является и настоящее время объектом отчасти крайне смелых гипотез, в которых речь идет о познании свойств материи при сверхвысоких плотностях и соответственно о космогоническом процессе «разрежения» такой материи.
Распределение галактик в пространстве указывает на существование определенной упорядоченной системы. Проводимые в настоящее время Ликской обсерваторией (США) фотографические подсчеты числа спиральных галактик позволяют постепенно выявить строение Метагалактики — составной части Вселенной, объемлющей все известные нам космические объекты. С помощью искусственных спутников, которые обращаются выше плотных слоев атмосферы, создавшей помехи наблюдениям, наконец станет возможным измерение полной светимости Метагалактики, способное дать новые данные о ее структуре.

< Предыдущая		Следующая >